|
Даже те из них, в которых мир людей и явлений дается, вроде бы, в аспекте символических обощений, не только поэтичны, но и глубоко национальны и очень доступны. Опять же не только по причине их камерности. Они не разрывно связяны с родной природой – внешним обликом, и житейским укладом, и настроением. Герои Фуада словно бы сошли со старинных миниатюр легендарного мастера – художника прошлого султана Мухамеда или знаменитого тебризского ковра «Четыре времени года». Вместе с тем пластика Бакиханова очень современна: его персонажей можно встретить и в Баку, и апшеронских селах, и в Мардаканы, где небо летом всегда синее, солнце ослепительное, а зелень по утрам яркая. Говорят, землю под ногами хорошо видит лишь тот, кто ее любит. Фуад Бакиханов очень любил свою землю, свой народ. Ясность замысла определяет и ясность формы. Что ж Фуад всегда знал, чего хочет и что делать. Не отсюда ли, его поразительное умение даже в малых формах композиций выделять своеобразие человеческой натуры, ее психологию, внутреннюю красоту. Сказанное, на мой взгляд, в одинаковой степени я бы отнес и к его рисункам, обязанным своим рождением скорее всего потребностью мгновенной фиксации наиболее поразивших его образов и явлений, его размышлениям о жизни. «Сказки Апшерона», «Семья», «Женщины Апшерона»... Длинные волнистые линии и короткие, как мазки, штрихи... Надо сказать, что Фуад был прекрасным рисовальщиком – быстрым, тонким, впечатлительным, эти немногие сбереженные родственниками и друзьями наброски Фуада овеяны поэзией, искренни, чисты, пронизаны теплом солнечного света и земной радостью.
Что еще к сказанному можно добавить? Наверное, немного. Да и говорить много не хочеться, больно говорить: не дожил мастер до этой своей выставки, ему бы творить и творить. А потому больно смотреть на скульптуры, верно еще хранящие тепло его рук. На прижавшуюся крепко к материнскому лицу крошечную девчонку, старика садовника, старательно сажающего виноградную лозу, смышленного мальчугана пробудившегося от утреннего солнышка, женщину, в свободной позе, отдыхающую с четками в руке. В них время словно бы замедлило свой бег, чтобы мы могли услышать светлую и печальную элегическую музыку на слова поэта-мудреца Востока Унсури:
В мире так живи, чтобы не кончалась жизнь твоя,
Чтобы после смерти продолжалась жизнь твоя.
На земле после человека остаются следы. Следы деяний, следы памяти. Бессмертие человека, сеявшего на земле добро, остается.
Фуад Бакиханов всю свою короткую жизнь сеял добро...
|
