АРЕСТ
Час ночи. Громко стучат в дверь: «Открывайте!» Я знал, что за мной придут. Всюду шли аресты. Сажали тех, кто был в плену у гитлеровцев, кого они угоняли в Германию. На пороге комнаты - бедные мои мать и жена на шестом месяце беременности...
Иду по коридору застенка и думаю, как они там будут без меня? Кто их поддержит, когда многие отвернутся?
Толкнули в камеру. Били ежедневно и сажали в карцер. Требовали признания: «На кого работал, кому продался?» В подвале - вода до колен, крысы. На допрос вызывают каждый день. Избивают до потери сознания, волокут в камеру. И так день за днем.
ПАЛАЧ
Дверь камеры открывается. На пороге - человек в форме чекиста. Голова полностью обрита, большие усы. Тюремный палач. Многих заключенных на тот свет отправил. Спрашивает: «Как твоя фамилия?» Отвечаю. «Выходи!» Он идет впереди. Рука на пистолете. Дошли до подвалов, идем дальше. Вдруг он говорит: «Сынок, куда это я тебя веду?» Дошли до места, где арестованных расстреливали. Бетонная стена, пробитая пулями. Висят кандалы, повязки. Их одевали на смертников.
По всей вероятности, он вел меня на расстрел. Что заставило садиста внезапно поменять свое решение - для меня по сей день тайна. Но только он вывел меня во внутренний двор тюрьмы. Сел на камень, обхватил голову руками и бесконечное множество раз повторял: «Боже мой! Когда это все кончится?»
Скоро он умер от инфаркта. Сердце не выдержало.
АЛЕСКИТОВО
Готовится этап из Магадана в соседний район, где строится электростанция. Строят ее заключенные. С большими трудностями доехали до лагеря. Огромная территория обнесена колючей проволокой. Много вышек. Всюду охрана с автоматами и собаками. Тех, кто пытался бежать, расстреливали на месте.
Рабочий день длится 12 часов. В бараках, где нас разместили, душно.
Большое скопление людей. Дверь на ночь закрывается на замок. В лагере свирепствует желтуха. У арестантов на лицах язвы от авитаминоза. У меня тоже язвы, желтуха.
Через год опять этап. Едем в лагерь. Называется Алескитово - рядом с полюсом холода. Зимой до 70 градусов мороза. Говорят, что в лагере очень строгий режим. Большой рудник и фабрика, где промывают руду. Отсюда на волю возврата нет.
Перевозят нас в железных автофургонах. Проезжаем Индигирку - районный центр, царство лагерей. В ночи слышны одинокие выстрелы. Это охрана «наводит порядок».
Доехали до вершины Индигирского перевала. Всюду, куда ни глянь, горы. Наконец-то доехали до мрачного лагеря. Всех разместили в одном бараке с трехъярусными нарами. Держали на карантине три дня, а затем отправили на рудники.
Очень холодно. Одежда всегда мокрая и замерзает на людях. Труд тяжелейший. Много пыли от взрывов и бурения. Многие заключенные болели и умирали.
Здесь, неподалеку от Алескитова, провели первое испытание водородной бомбы. Мы все перенесли этот взрыв на себе. В одно мгновение вдруг стало невероятно жарко. У людей горели волосы, брови, ресницы. Резко поднялось давление. Стало плохо с сердцем. Многие получили инфаркт. А после всю жизнь жаловались на сердечные боли и приступы.
страница 2 >> 
