Несколько лет назад, на выставке в Манеже, демонстрировавшей последние достижения петербургских художников, экспонировались планшеты с наклеенными на них деньгами (монетами перестроечного образца). В нынешнюю эпоху, шутливо прозванную в народе «культом наличности», когда коммерциализация затронула и сферу искусства, любое непроизвольное, даже формальное обращение художника к атрибутам рынка кажется намеком на эту тему. Естественно, что таково и было первое впечатление от представленных работ. Но это был первый уровень смыслов. Работы были названы «Знак. Круг. Квадрат. Треугольник» и точно соответствовали названию. Здесь цепь ассоциации перекинулась на сезанновское предложение провидеть основы мира в простых геометрических фигурах. Затем вспомнился родной супрематизм, что показалось вторым уровнем смыслов — символическим, почти по Ролану Барту. Далее, однако, эстетические качества работ намекали на то, что он не последний, что есть символизм самого автора — художника Алексея Парыгина, уже знакомого любителям искусства участием во многих выставках, он выставлял не объекты, а их изображения. Демонстрация готовых изделий, в том числе с участием денег, уже стало как бы новым видом искусства, но, несмотря на столетний стаж, обращение к нему все еще несет особую нагрузку как художественное средство. И здесь, кажется, удачный пример размышления о новых проблемах посредством нового вида искусства, а в дальнейшем эта тема была развита в концептуальном проекте художника «ИСКУС¬СТВО — ЭТО БИЗНЕС, БИЗНЕС — ЭТО ИСКУССТВО», который тоже представляется интересным экспериментом.
Известно, что Алексей Парыгин любит экспериментировать с разными техниками и материалами, чутко умеет находить наиболее подходящие способы выражения своих идей и в то же время показывать их новые грани в зависимости от способа выражения. Арсенал возможностей у него богатый: живопись, акварель, печатная и станковая графика, фотография, книжная графика, дизайн, скульптура, керамика, объект, инсталляция, перформанс, опыты с текстами... Его произведения свидетельствуют о высокой культуре, эрудиции и вкусе, поэтому, кажется, трудно отдать чему-либо предпочтение. Тем более что он любит работать «вариантами» над той или иной «пластической темой», как он сам выражается, в разных техниках, возвращаясь к ней в разные периоды творчества. Он считает, что «пластическая тема» — это знак «пластического состояния», которое, возникая, воплощается в таких случаях совершенно по-разному, сохраняя основное — знак. Наверное, этот знак совсем по-соссюровски содержит в себе и обозначаемое, и обозначающее. Например, изогнутая «S»-образная структура возникает неоднократно, представляя разные вещи, но сохраняя «пластическую тему». В живописном пейзаже она изображает облако, прихотливой формой и изысканным цветом напоминая об отечественном модерне, а в экспрессионистской абстракции — выплеск энергии, который не могла остановить даже рама.
И, тем не менее, есть, кажется, область, особенно дорогая художнику своим удачным сочетанием уникальной авторской техники и возможностью передать близкие ему «метафизические» состояния.
страница 2 >> 
