Предстояние персонажей в «Свадьбе» обусловлено своеобразным ритуалом: введением в дом невесты; ее сим¬волическая роль столь важна, что сдвинутая влево фигура девушки в красном платье, все равно является смысловым центром композиции, тогда как ее конструктивным ядром и другим центром картины становится гармонистка. Принципиальную роль играет в картине светотеневая моделировка фигур, она специфична. Фигуры словно высвечиваются изнутри, перебивая своим «внутренним» световым потоком оп¬ределенность «внешних» цветовых сочетаний – густо зеленых, насыщенных красных, золотисто-охристых, холодно-зеле¬ных, коричневых. Временное накладывается на глубинное, духовное, изначальное.
Казбек часто обращался к образу Коста Хетагурова, не по причине фамильного сродства, а в силу большой любви к его поэзии и творчеству. Картина «Посвящение» своим решением вызывает ассоциации с ренессансными компози¬циями «Оплакивание» и «Пьета». Тяжелое, оседающее тело мертвого Коста бережно поддерживают трое горцев. Это символическое «снятие с креста», позволяющее провести параллель между спасительной для человечества жертвой Бога и мессианским служением своему народу поэта, между трагическим одиночеством Христа в дни его предательства и казни, и таким же одиночеством, по сути, Коста, особенно в его последние годы жизни.
Композиция «Посвящения» основана на «трагической» диагонали (тело Коста) и одновременно на «оптимистичес¬ком» круговом движении по часовой стрелке (фигуры и жесты трех мужчин). В колорите преобладают тяжелые, темные, черные тона, но светлая полоса на горизонте темного неба и белый «ореол» башлыка Коста –– это утверждение преодоле¬ния скорби, торжества бессмертия.
Коста посвящено и другое, пожалуй, самое великолеп¬ное по мощи использования всех художественных средств полотно − «Похороны». По полифоническому звучанию цве¬та, сложной организации ритма и захватывающей внимание зрителя магии пространства оно остается в памяти, подобно торжественной, печальной и одновременно светлой панихи¬де, какая наверное и сопровождала Коста в его последнем земном пути. Сцена погребения поэта преображена глубоким лирическим авторским чувством. Драматизм сюжета находит изобразительное развитие в драме красок, темных, почти угольных, иссиня-черных, сизо-пепельных, среди которых, по¬добно пламени, вспыхивают огненные краски осени. Ритм слегка скошенных композиционных осей играет очень важную роль в создании замирающего, затихающего движения, скованность стоящих персонажей вступает в противоречие, пси¬хологический диссонанс с эмоционально-приподнятым живописным напряжением.
Во многих работах Казбека встречается мотив вечернего ожидания. В монументальной по форме картине «Женщины моего села» этот сюжет из круга частных выведен во вневременную сферу. Старые вдовы в черных платках, погружен¬ные в воспоминания за оградой дома, на краю села − эти фигуры воплощают мудрое достоинство возраста, примирив¬шегося с прошлым. Стоящая слева старуха с ребенком на руках, крепко прижимающая его к себе, − метафорическая отсылка к будущему: именно надежда на счастливую судьбу детей дает силы жить и верить в завтрашний день.
страница 4 >> 
